Записи из проекта Дорога Памяти
Дата рождения:
19.01.1923
Место рождения:
Село Рождественское (ныне Поворинского района Воронежской области)
Дата призыва:
1942
Воинское звание:
генерал-майор
Воинская часть:
15-й гвардейский штурмовой авиаполк 277-й штурмовой авиационной дивизии
История:
Однажды Прохорову было поручено произвести бомбометание днём по цели, прикрытой мощной системой ПВО. Он решил весь маршрут построить на малой высоте. Лётчики с большим вниманием слушали объяснение командира эскадрильи.
- Задание серьезное, - медленно начал он. - Сначала вылетает звено капитана Катюнина. На высоте 600 метров заход на цель со стороны моря. За ним летим мы. Над аэродромом истребителей ожидаем их взлёта и с прикрытием идём тем же маршрутом. Цель - здесь, - показал он на карте обступившим его лётчикам. - Разведка сообщила, что у немцев в районе Хайлигенбайль скопление техники и войск, сильно прикрытых зенитными средствами. Заходить будем тоже со стороны моря. Истребители прикроют с воздуха. Заход на бреющем. Звено поведу я. Целей должно быть много, не разбрасываться, не увлекаться.
Всё пошло не так, как рассчитали на земле. Первое звено давно ушло к цели, а они кружили над аэродромом истребителей. Те так и не взлетели, и Прохоров повёл звено без прикрытия. Серая щетина леса и бурая земля смутно виднелись внизу. Временами туман, смешанный с дымом, закрывал всё. В этот момент казалось, что самолёты не движутся, а висят на одном месте. Но вот ветер сдувал туман, и опять мелькали отдельные дома, тёмные дороги, извилистые речушки со свинцовой водой.
Всякий раз, как самолёты выскакивали из тумана, Прохоров внимательно осматривал всё видимое пространство вокруг. Линия фронта близко, и можно было ожидать нападения истребителей противника. Правда, с начала 1945 года фашисты редко рисковали нападать на группы штурмовиков. Они знали, что "летающие танки" могут постоять за себя. "Илов" стали бояться не только наземные войска, но и истребители.
Перед линией фронта впереди мелькнула тёмная точка и стремительно понеслась вниз. Одновременно Прохоров услышал знакомый голос В. А. Катюнина: "Ноль четвёртый, я ноль шестой, что случилось ?" И прерывающийся, заглушаемый помехами ответ: "Я ноль пятый, иду на вынужденную. Ноль четвёртый сбит".
"У Катюнина двое вышли из строя, - с болью подумал Прохоров. - Мы идём на встречном курсе с ними, значит, противник ждёт налёта с этой стороны".
Решение пришло сразу.
- Заходим с правым разворотом ! - скомандовал он, и звено со снижением пошло на цель.
Земля стремительно неслась навстречу. Промелькнул разрушенный дом, рощица, тускло сверкнула поверхность небольшого озера. Наконец на опушке леса увидели группу крытых брезентом автомашин, подводы, обезумевшую лошадь, волочившую за собой опрокинувшуюся набок повозку. Вдалеке видно море. У самого берега что-то горит. На одно мгновение всё мелькнуло перед глазами, и руки уже привычно направили самолёт на автомашины. Залп - самолёт вздрогнул, и огненные трассы понеслись вперёд, прямо к большому зелёному грузовику, рядом с которым суетились солдаты.
- Порядок, товарищ командир ! - послышался ликующий голос воздушного стрелка В. П. Криванова.
"У тебя всегда порядок", - подумал, улыбнувшись, Прохоров.
Перед глазами возникла веселая физиономия никогда не унывающего сержанта. "Мы, ташкентцы, все весёлый народ", - часто говорил он. И хотя стрелок доставлял много хлопот - то поссорится с другими сержантами, то нарушит форму одежды, - всё же любил его Прохоров за меткую стрельбу, бесстрашие и весёлый характер.
Под Гатчиной, когда возвращались с задания, на самолёт Прохорова из облаков внезапно вынырнули 2 Ме-109 и атаковали его. Несколько снарядов попало в машину. Отказал руль поворота, мотор работал с перебоями. И, если бы не Криванов, не дотянуть бы до аэродрома. И тогда он говорил: "Порядок". Отстреливаясь, сбил одного "Мессера". Да, много вместе пережито.
Через мгновение Прохоров забыл о стрелке. Разворот. Слева выскакивает Полянин. Где же остальные ? Ага, вот и они. Все целы. Хорошо, что подоспели вовремя - враги даже не смогли рассредоточить машины или укрыть их в лесу.
Однажды Прохорову было поручено произвести бомбометание днём по цели, прикрытой мощной системой ПВО. Он решил весь маршрут построить на малой высоте. Лётчики с большим вниманием слушали объяснение командира эскадрильи.
- Задание серьезное, - медленно начал он. - Сначала вылетает звено капитана Катюнина. На высоте 600 метров заход на цель со стороны моря. За ним летим мы. Над аэродромом истребителей ожидаем их взлёта и с прикрытием идём тем же маршрутом. Цель - здесь, - показал он на карте обступившим его лётчикам. - Разведка сообщила, что у немцев в районе Хайлигенбайль скопление техники и войск, сильно прикрытых зенитными средствами. Заходить будем тоже со стороны моря. Истребители прикроют с воздуха. Заход на бреющем. Звено поведу я. Целей должно быть много, не разбрасываться, не увлекаться.
Всё пошло не так, как рассчитали на земле. Первое звено давно ушло к цели, а они кружили над аэродромом истребителей. Те так и не взлетели, и Прохоров повёл звено без прикрытия. Серая щетина леса и бурая земля смутно виднелись внизу. Временами туман, смешанный с дымом, закрывал всё. В этот момент казалось, что самолёты не движутся, а висят на одном месте. Но вот ветер сдувал туман, и опять мелькали отдельные дома, тёмные дороги, извилистые речушки со свинцовой водой.
Всякий раз, как самолёты выскакивали из тумана, Прохоров внимательно осматривал всё видимое пространство вокруг. Линия фронта близко, и можно было ожидать нападения истребителей противника. Правда, с начала 1945 года фашисты редко рисковали нападать на группы штурмовиков. Они знали, что "летающие танки" могут постоять за себя. "Илов" стали бояться не только наземные войска, но и истребители.
Перед линией фронта впереди мелькнула тёмная точка и стремительно понеслась вниз. Одновременно Прохоров услышал знакомый голос В. А. Катюнина: "Ноль четвёртый, я ноль шестой, что случилось ?" И прерывающийся, заглушаемый помехами ответ: "Я ноль пятый, иду на вынужденную. Ноль четвёртый сбит".
"У Катюнина двое вышли из строя, - с болью подумал Прохоров. - Мы идём на встречном курсе с ними, значит, противник ждёт налёта с этой стороны".
Решение пришло сразу.
- Заходим с правым разворотом ! - скомандовал он, и звено со снижением пошло на цель.
Земля стремительно неслась навстречу. Промелькнул разрушенный дом, рощица, тускло сверкнула поверхность небольшого озера. Наконец на опушке леса увидели группу крытых брезентом автомашин, подводы, обезумевшую лошадь, волочившую за собой опрокинувшуюся набок повозку. Вдалеке видно море. У самого берега что-то горит. На одно мгновение всё мелькнуло перед глазами, и руки уже привычно направили самолёт на автомашины. Залп - самолёт вздрогнул, и огненные трассы понеслись вперёд, прямо к большому зелёному грузовику, рядом с которым суетились солдаты.
- Порядок, товарищ командир ! - послышался ликующий голос воздушного стрелка В. П. Криванова.
"У тебя всегда порядок", - подумал, улыбнувшись, Прохоров.
Перед глазами возникла веселая физиономия никогда не унывающего сержанта. "Мы, ташкентцы, все весёлый народ", - часто говорил он. И хотя стрелок доставлял много хлопот - то поссорится с другими сержантами, то нарушит форму одежды, - всё же любил его Прохоров за меткую стрельбу, бесстрашие и весёлый характер.
Под Гатчиной, когда возвращались с задания, на самолёт Прохорова из облаков внезапно вынырнули 2 Ме-109 и атаковали его. Несколько снарядов попало в машину. Отказал руль поворота, мотор работал с перебоями. И, если бы не Криванов, не дотянуть бы до аэродрома. И тогда он говорил: "Порядок". Отстреливаясь, сбил одного "Мессера". Да, много вместе пережито.
Через мгновение Прохоров забыл о стрелке. Разворот. Слева выскакивает Полянин. Где же остальные ? Ага, вот и они. Все целы. Хорошо, что подоспели вовремя - враги даже не смогли рассредоточить машины или укрыть их в лесу.
Дата выбытия:
27.05.2002